Эссе на тему: «Дети-жертвы Холокоста»
«Все дети мира плачут на одном языке»
(советский писатель и драматург Леонид Леонов)
2026 год…прошло более 80 лет после страшной войны. Но в каждом сердце людей, которые помнят и чтут память тех суровых дней, есть та «ниша», о которой страшно вспоминать, это- дети, узники концлагерей….
Однажды я услышала высказывание: «Дети – самый ценный ресурс человечества» (Герберт Гувер). Для меня, как для мамы, у которой есть дочь, это глубокие слова, которые наполнены бесконечной любовью к своему ребенку. Но, в те годы, когда немецкие захватчики напали на нашу Родину, и когда эшелонами направляли в концлагеря детей, это высказывание имело очень другую трактовку.
«Ценный ресурс»- это звучало очень страшно, так как мы знаем, что детей отправляли не только на принудительную работу в Германию, но для проведения и испытания различных опытов и экспериментов над детьми. Сначала шел отбор на пригодных и непригодных. Дети, что покрепче отправлялись на принудительные работы, а более слабых, маленьких и грудных детей изолировали от всех. И на них в первую очередь приходились самые страшные испытания.
Огромным количеством загубленных детских жизней считались такие концлагеря как: Саласпилс, Освенцим, Дахау, Бухенвальд, Аушвиц и другие лагеря смерти. По данным, за годы Великой отечественной войны в концлагерях погибло около 4х миллионов мальчиков и девочек.
Особенно эта трагедия коснулось еврейских детей. Более 1,5 миллиона детей были уничтожены фашистами. Страдания детей были невыносимыми. Лишённые детства, разлучённые с семьёй, они смотрели в лицо смерти, голоду, болезням, страху.
Холокост- это осознанное уничтожение еврейского народа, а главное – детей, чтобы не было продолжения их нации. Это бесчеловечное злодеяние, совершенное нелюдями против невиновных людей. Они не просто убивали, они убивали с особой жестокостью – закапывали детей живьем, истязали, унижали, сжигали. Проводили испытания различных вакцин и медицинских препаратов. Их избивали, морили голодом и затравливали собаками. У одних брали кровь для гитлеровцев, на других ставили опыты, третьи до потери сознания работали на немецких заводах. Но объединяет всех этих людей не только война, но и удивительная жажда жизни, благодаря которой они смогли выбраться из ада и рассказать о пережитых ужасах.
О том, что удалось пережить детям в немецком заточении, и тем более выжить, очень много рассказов. Один из них, это рассказ о концлагере Саласпилс.
«Нет ничего страшнее того, что люди делали с людьми»
Непроходящая боль, боль по невинно загубленным в концлагерях… Самый страшный в мире банк крови: Детский концлагерь Саласпилс. Сюда привозили детей, чтобы выкачать у них кровь.
Саласпилс – пожалуй, самый жуткий из фашистских концлагерей. За три года его существования здесь убили и замучили до смерти тысячи детей. Это было не просто лагерь смерти – это был банк крови. Её выкачивали из маленьких узников, пополняя запасы немецких госпиталей. Изможденные и заморенные голодом малыши, некоторым из которых не было еще и пяти лет, цинично рассматривались как живые контейнеры, полные крови, либо как объекты медицинских экспериментов.
Кроме того, известно, что в Саласпилсе на детях испытывали всевозможные яды, добавляя малышам в пищу мышьяк, делая им смертельные инъекции либо отправляя узников в газовые камеры. Некоторым подопытным фашистские врачи ампутировали конечности.
Мария Юхневич: «Из мальчика выкачали столько крови, что сам идти он уже не мог»
«Пригнали нас к станции в деревне Боровка Верхнедвинского района, погрузили в огромные пустые вагоны, устланные соломой, и отправили в концлагерь Саласпилс. А латыши приехали туда, чтобы набрать себе людей для работы. Взяли маму, папу, тетю и одну мою сестру. А мы со второй остались. Позже приехала еще одна латышка и забрала Катю. Первым делом намазала булку маслом и накормила ее. А я сидела голодная и думала: «Дай мне хотя бы кусочек откусить». Но она так и не решилась — боялась. Так из нашей семьи в концлагере осталась только я одна.
Через какое-то время ко мне пришла семейная латышская пара и забрала, чтобы я пасла коров и смотрела их 3-летнего сына. Скоро хозяина забрали на войну, а мы все остались. Бывало, несу мальчику хозяйскому бутерброд. Он съест масло, а хлеб покусает и отложит. Я если вижу, что наелся, — откушу от его кусочка. Мне такого не давали, кормили все время чем-то похожим на суп.
Каждое утро водили на уколы. Мы протягивали через ширму руку — и у нас брали кровь. Передо мной был мальчик лет 8-9. Помню, как его схватили под руки и потащили на нары — из него выкачали столько крови, что сам идти уже не мог».
Хотя официально Латвия не признает факта столь массового убийства детей в Саласпилсе, сохранилось немало воспоминаний очевидцев и других доказательств этим общеизвестным преступлениям.
В основном сюда привозили малышей из Белоруссии и северо-западных областей России – Псковской, Калининской, Ленинградской.
«Лагерь трудового воспитания» (так официально в документах именовался Саласпилс) на самом деле был банком крови и местом проведения изуверский медицинских экспериментов. В этом так называемом «трудовом» лагере держали и двух-, и трёхлетних детей, и даже грудничков. Вместо имени у каждого ребенка был номер, выбитый на жетоне.
Более чем за три года существования концентрационного лагеря было выкачано в общей сложности три с половиной тысячи литров детской крови. В большинстве случаев её брали до тех пор, пока ребенок не умирал. Кровь эта была нужна офицерам СС, поправлявшим свое здоровье в госпиталях.
Момент, когда в бараке появлялся немец в белом халате и выкладывал на столе свои медицинские инструменты, был для каждого маленького пленника самым страшным. Врачи-изверги приказывали детям лечь и вытянуть руки. Большинство ребят покорно слушались, а тех, кто отказывался, крепко привязывали к столу и выкачивали кровь насильно. Обессиленных детей, которые выглядели уже умирающими, уносили из барака – как правило, чтобы сжечь в лагерной печи либо убить и бросить в общую канаву. Остальных оставляли, чтобы потом производить забор крови снова и снова.
Кроме того, известно, что в Саласпилсе на детях испытывали всевозможные яды, добавляя малышам в пищу мышьяк, делая им смертельные инъекции либо отправляя узников в газовые камеры. Некоторым подопытным фашистские врачи ампутировали конечности.
Согласно акту судмедэкспертизы массовых детских захоронений концлагеря Саласпилс (28. 04. 1945), в 54 оставшихся на его территории могилах было обнаружено 632 тела. Из них 114 малышей – грудного возраста, 106 – дети от года до трех лет, 91 – от трех до пяти лет, 117 – от трех до восьми…
В память о погибших детях-донорах в Саласпилсе был установлен мемориал. Кажется, что в этих местах до сих пор витают души маленьких изможденных узников, отдавших свою кровь фашистским изуверам.»
Свидетелей реальных событий тех лет с каждым годом становится все меньше, но мы обязаны сохранить память о происходящем в концентрационных лагерях, о тех невинных детях, которые погибли от рук немецких извергов!
Я бы хотела, чтобы эти события оставались в памяти поколений, и что бы подобного никогда не повторилось!
