«Пусть только тронут!»
Суворов Владимир — паренёк двадцати двух лет. Русые волосы, василькового цвета глаза. Его взгляд проникал в самую душу, вынуждая высказать всю правду, и обмануть его никому никогда не удавалось…Особенно это касалось его младшего брата — Суворова Андрея, охарактеризовать которого можно было одним словосочетанием — «добро с кулаками». Русые волосы, изумрудные большие глаза. Если его не злить – это самый милый и добрый человек, с которым всем хочется дружить. Но если он появлялся с нахмуренными бровями и строгим взглядом — лучше не обращаться к нему с вопросами, потому что они ему покажутся неуместными и глупыми. Его коронная фраза, из-за которой некоторые даже слово промолвить не рисковали : «Брата моего тронут — мокрого места не оставлю». Несмотря на то, что Владимир был старшим, и в защите, собственно, не нуждался, такое внимание младшего брата и смущало Володю, и вместе с тем было чертовски приятно. Большая разница в возрасте не мешала братьям любить друг друга, крепко дружить и помогать друг другу во всех делах.
Три часа пятьдесят пять минут. Владимир никак не мог уснуть, долго ворочался и лежал, смотря в потолок. Его брат дрыхнет без задних ног, посапывая и что-то мямля себе под нос. Суворова это смешило — Андрей разлёгся на своей кровати «звездой», повернув голову к стене, сопя на всю комнату. Была такая тишина, что, казалось, часы отбивают свой марш громче, чем рота солдат отбивала бы шаг, чеканя по площади…
За открытым окном безлюдно и тихо, только ветер ласкает ветви деревьев, насвистывая свою мелодию… И вдруг…вдруг он услышал сильный гром, и небо осветилось ярким пламенем огня! Как выяснилось потом, это был взрыв большого снаряда на площади. Дрожь прошлась по всему телу, а волосы встали дыбом не только у Суворовых, но и у жителей всего городка. Андрей вскочил на кровати и посмотрел своими большими глазами на Вову, который стоял уже у окна. Переведя взгляд на брата, Владимир не мог промолвить ни слова. Мысли путались в его голове, связываясь в тугой узел.
Этим непонятным, спутанным, страшным узлом оказалось страшное слово «война»… Тогда ещё никто не знал, как долго она продлится и что она принесла с собой – какие невзгоды, потери, страдания и лишения…
В первый же день Владимир сходил в военкомат, а на третий день от начала войны поезд с новобранцами отправляли на фронт. Провожали дружно, всем городком. Больше всего Володе запомнились слова младшего брата: «Пусть только тронут – мокрого места не оставлю!»
Именно эта фраза и помогла Володе пережить эту страшную долгую, полную испытаний войну. И тогда, когда они с боевыми товарищами попали в окружение, и тогда, когда отбивали вражеские атаки, и тогда, когда получал он из дома радостную весточку в заветном треугольнике – всюду ему виделось Андрюшкино веснушчатое лицо со сжатыми скулами и его «пусть только тронут…»
Неделю за неделей, месяц за месяцем, год за годом воевал Владимир Суворов, защищая мать, отца, брата, родной город – словом, Родину. Иногда выпадала минутка, и можно было посидеть в окопе, переведя дух. В памяти сразу же всплывал родной дом, цветущая сирень под окном, хлопочущая у плиты мать и, конечно же, младший брат Андрюшка. Всё ли у него хорошо? Как он там сейчас? В такие минуты ему особенно хотелось домой, где за дружным семейным столом его напоят чаем с его любимым овсяным печеньем. Туда, где они с Андреем, балуясь за столом, отбирая друг у друга печенюшку, опрокинут чашку чая на любимую мамину скатерть…
Володя знал, что семье его удалось переехать к тётке в Москву, а, значит, они были далеко от войны, и это придавало ему сил воевать дальше. Не знал только Володя, как часто его братишка пересматривал семейный альбом с их фотографиями, мысленно рассказывал брату школьные новости, гладил пальчиком по фотографии и в минуту, когда Владимира ранила фашистская пуля, Андрей как раз, склонившись над фотографией, шептал потихоньку: «Вова, ты только держись! Пусть только тронут…»
