Вечером после уроков мы с друзьями решили встретиться на стадионе и поиграть в футбол. Прибежав домой, я закинул сумку на кровать, переоделся, схватил бутерброд со стола и побежал на улицу. Но у калитки я встретил свою маму, возвращавшуюся с работы.
-Куда это ты собрался? –строго спросила она.
-В футбол погоняю с ребятами и вернусь.
-Нет! Я обещала твоей прабабушке Анне, что ты сегодня натаскаешь ей воды.
-Ну, мам. Меня ребята ждут. Не хочу я к прабабушке идти. И почему я должен таскать воду? И вообще, детский труд запрещён по закону.
-За такие слова ты наказан, никуда не пойдёшь. Иди в свою комнату и подумай над своим поведением.
Обидевшись на маму, я вернулся в комнату. Прилёг на диван, глаза начали закрываться и…
Сквозь сон я понял, что меня кто-то тормошит. Я открыл глаза и увидел девочку лет двенадцати-тринадцати в ситцевом платье. На голове у неё была цветастая косынка, из-под которой выбивались светлые прядки волос. Девочка была очень симпатичная с большими голубыми глазами.
-Вставай быстрее! Корову надо уже выгонять в стадо!
Я открыл глаза и огляделся вокруг. Это была не моя комната. Стены бревенчатые, в углу стоял старинный комод, на деревянном выскобленном столе тускло светила керосиновая лампа. За окном брезжил рассвет.
-Где я?
-Хватит дурака валять, побежали быстрее! Пора корову выгонять. Я уже подоила Жданку.
Во дворе стояла чёрно-пёстрая корова. Я открыл ворота, выпустил корову. По улице уже шло несколько коров, их гнал мальчик примерно моего возраста.
-Надо печку быстрее растопить и приготовить завтрак, занеси дрова, — командовала девчонка.
Из сарая я взял несколько поленьев и занёс в дом. В правом углу комнаты стояла большая русская печь. Я сложил дрова рядом и спросил:
-Слушай, я ничего не пойму. Ты кто такая? Как я здесь оказался?
-Никак не очухался что ли ещё? Вчера в бане угорел, вытащили тебя без сознания. Ты же брат мой двоюродный, Илюшка. А я твоя сестра, Анютка. Тебя твоя мама, тетя Галя, из города летом к нам привезла, а сама ушла добровольцем на фронт фашистов бить. Наши мамы-родные сёстры. Вспомнил?
-Какой фронт?
-Так война же идёт. Все мужики на фронт ушли, остались только старики, женщины да дети. Да и то все женщины ушли в лес на заготовку дров, зима же скоро. И мамка наша тоже. Уж две недели, как нет её. Она меня за главную оставила. Некогда мне с тобой лясы точить, надо печку разжигать и завтрак готовить для ребятишек. Буди сестренку и братишку, они на печке спят. Накормить их надо. За ними соседка, баба Маня, присмотрит. А нам в школу собираться пора.
Заглянув на полати, я увидел светлые головки мальчика и девочки. Проснувшись, они спрыгнули с печки и побежали умываться.
Анютка разожгла печку и поставила чугунок с картошкой. Через некоторое время мы сели за стол завтракать. Дымящаяся картошка была очень вкусной.
-А что, хлеба нет? –поинтересовался я.
-Да хлеб мы уж месяца три не ели. Всё зерно отправляем на фронт. Себе немного оставили, да кончилось оно после посевной. Да и не только зерно, но и яйца, масло, мёд, мясо, овощи. Зимой шерсть пряли, носки и варежки вязали. Я вот двадцать пар связала, на фронт отправили. Солдаты ведь Родину нашу защищают, нас с тобой от фашистов. Главное, чтобы победили фашистов и живыми вернулись домой. От отца уже полгода писем нет, но я знаю, что он живой. Вот, смотри, на прощание подарил кулончик с ласточкой. Он всегда меня называл ласточкой. Я его всегда ношу, не снимаю. Ой, пора в школу бежать.
— А вы разве учитесь? Война ведь идёт?
-Конечно. Вот победим фашистов, закончится война, заживём мы , как прежде. Я дальше учиться пойду, Агрономом хочу стать. Вернусь в родную деревню, буду хлеб выращивать.
Мы взяли сумки из мешковины и побежали в школу. Она находилась в середине деревни. В классе нас встретила пожилая учительница.
-Сегодня мы будем с вами писать сочинение на тему «Мой герой». Кого вы считаете героем? Хотите ли быть похожими на него и почему?
Она раздала старые книги, ребята начали писать между строчками карандашами. Я толкнул в бок Анютку:
— А тетради не дадут нам?
— Нет. Тетрадей нет. Пиши, не отвлекай.
Потом ребята читали вслух свои сочинения. Все писали о героях войны: Александре Матросове, Николае Гастелло, Зое Космодемьянской, Николае Покрышкине и других. Мальчишки тоже хотели поскорее вырасти и идти на фронт бить врага.
После уроков учительница сказала:
-Ребята, надо будет сегодня помочь в поле убрать рожь. Те, кто постарше будете жать серпами, а младшие собирать упавшие колоски. Ни одно зёрнышко не должно пропасть. Хлеб очень нужен нашим солдатам.
-Хорошо, Антонина Ивановна, будет сделано, — загалдели ребята.
Все вместе мы побежали на поле.
-Слушай, Анютка, а мы разве не будем обедать? У меня уже в животе урчит.
-Какой обед? Рожь надо быстрее убирать. На вот, держи!
Она достала из сумки варёную картофелину, разломила её пополам. Одну половину она сунула мне в руки, а вторую сама начала есть.
— Опять картошка?
-Хорошо, что хоть картошка есть. Весной и ее не было. Мерзлую искали в поле. А летом из лебеды лепешки пекли, из крапивы и сныти суп варили, мать-и мачеху ели.
В поле работали старики. Серпами они жали рожь и вязали снопы. Старый дед Матвей грузил их на телегу и отвозил на гумно на такой же старой лошади, как и он сам. К тому же она прихрамывала. Мне стало жалко эту бедную лошадку.
-Бедная лошадь, ей уже давно на покой пора, -возмутился я.
-Так больше нет лошадей, всех забрали на фронт. И трактора тоже. Эту-то оставили только потому, что она старая и больная. На другом поле вообще на коровах пашут. Нашу Жданку уже запрягли, наверное.
-Так мы же её в стадо выгнали с утра.
-Так пасутся они только пару часиков, потом их пригоняют в поле пахать, а вечером Петька их опять пасёт.
-Разве можно на коровах пахать?
-Так не только пашем, сено и дрова ещё на них возим. Куда деваться? Конечно, они не хотят идти по борозде, поэтому только взрослые женщины ими управляют.
До самого вечера мы убирали рожь. Домой вернулись, когда уже стемнело. Ребятишки уже спали на печке. Анютка побежала корову доить. Домой она зашла с крынкой молока.
-На, попей парного,- предложила она мне.- Молока мало даёт Жданка из-за того , что пашут на ней. Спать ложись, завтра рано вставать.
-А ты?
-Мне надо ещё заштопать Васькины штаны. Порвал сегодня. Воды из колодца принести на завтра. Потом пойду к Кате Сидоровой. Они сегодня похоронку на отца получили. Мы с девчонками договорились, надо поддержать подругу.
— Аня, как ты успеваешь всё? Ты же сама ещё ребенок.
— Я уже взрослая, не надо меня жалеть. Время сейчас такое, трудное. Надо вместе держаться, помогать фронту. Ведь там наши отцы, братья. Им ещё тяжелее. Лишь бы война проклятая быстрее закончилась. Вернутся мужики, и всё у нас будет хорошо.
Я прилег на кровать и тотчас уснул…
Проснулся я от голоса мамы:
-Вставай, соня! Весь вечер и ночь проспал.
Я открыл глаза. Солнечный луч освещал мою комнату. Рядом стояла мама в домашнем халате.
— А где Анютка? – спросил я.
-Какая ещё Анютка? Во сне что ли привиделась?- рассмеялась мама. – Сегодня выходной, иди уж на стадион.
-Нет, я сначала к прабабушке. Воды натаскаю.
Позавтракав, я побежал на соседнюю улицу. Баба Аня сидела у окна и рассматривала старые фотографии, незаметно смахивая слезу.
— Бабуль, ты что, плачешь?
-Да, вот сегодня день рождения у моего отца, который погиб в Польше во время Великой Отечественной войны. Так и не дождались мы его с фронта. Столько лет прошло, а сердце болит до сих пор. Вот, посмотри, он мне перед уходом на фронт подарил, с ним я никогда не расставалась.
Она сняла с шеи кулончик в виде ласточки и протянула мне.
— Отец называл меня ласточкой своей. Стара я стала. Ты храни его, никогда не забывай про прапрадеда. Он жизнь свою молодую отдал ради мира на земле. Помните, какой ценой досталась нам Победа.
От удивления я замер. А прабабушка моя, Морозова Анна Никитична, всю жизнь проработавшая в родном колхозе агрономом, вырастившая пятерых детей, смотрела на меня своими ясными голубыми глазами.
